Зажав метелью белой рот...
Jan. 6th, 1997 01:27 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
esteldeirdreЗажав метелью белой рот,
Давился снегом город брошенный,
Как день, как мятый пешеход,
До ночи и до дыр заношенный.
А по стеклу утра и впрямь
Чуть рыжей тепловатой проволокой
Тянулся тонкий дым, как встарь,
И дню в глаза набился войлоком.
И перед каждым фонарем,
Идя под светом электрическим,
Рассвет лучем-поводырем
Крестился мелко и нервически.
И, как осколок этих крыш,
Душа о чем-то ненаписанном
Ворочалась в тени афиш
И вся зашлась в коротком выстреле.
И, точкой вылетев в лазурь,
Вмиг затерявшись между хлопьев,
Она скользнула в пустоту,
В туман обманов и утопий.
И, наблюдая свет и тьму,
Коварство карлов, смерть атлантов,
Она училась ремеслу
Бродячих псов и музыкантов.
Был звóнок звук ее шагов
И тонок взгляд, как звон цикады,
Шла по осколкам облаков
И по кругам земного ада.
Рассвет напился жара звезд
И их задул привычно-вежливо,
На ветки зябнувших берез
Косясь тепло и чуть насмешливо.
Устала, видимо, душа
Скитаться по пустыням мига—
В то утро я ее нашла
Между страниц забытой книги.
И мне теперь в бессонных снах
Читает Данте и Боккаччо,
И, видя правду на губах,
Я верю ей и тихо плачу.
Давился снегом город брошенный,
Как день, как мятый пешеход,
До ночи и до дыр заношенный.
А по стеклу утра и впрямь
Чуть рыжей тепловатой проволокой
Тянулся тонкий дым, как встарь,
И дню в глаза набился войлоком.
И перед каждым фонарем,
Идя под светом электрическим,
Рассвет лучем-поводырем
Крестился мелко и нервически.
И, как осколок этих крыш,
Душа о чем-то ненаписанном
Ворочалась в тени афиш
И вся зашлась в коротком выстреле.
И, точкой вылетев в лазурь,
Вмиг затерявшись между хлопьев,
Она скользнула в пустоту,
В туман обманов и утопий.
И, наблюдая свет и тьму,
Коварство карлов, смерть атлантов,
Она училась ремеслу
Бродячих псов и музыкантов.
Был звóнок звук ее шагов
И тонок взгляд, как звон цикады,
Шла по осколкам облаков
И по кругам земного ада.
Рассвет напился жара звезд
И их задул привычно-вежливо,
На ветки зябнувших берез
Косясь тепло и чуть насмешливо.
Устала, видимо, душа
Скитаться по пустыням мига—
В то утро я ее нашла
Между страниц забытой книги.
И мне теперь в бессонных снах
Читает Данте и Боккаччо,
И, видя правду на губах,
Я верю ей и тихо плачу.
